Двое из книжки — Агния Барто

 

ДВОЕ ИЗ КНИЖКИ

Агния Барто

Аркадию Гайдару

1

Ходит дрема, ходит дрема
По вагону спальному,
Пассажиры спят как дома,
Мчась в дорогу дальнюю.

Спит вагон, молчанья полон,
Только слышится под полом:
Тук-тук-тук-перестук,
Тук-тук-тук-перестук.

За оконной, темной рамой
Белый снег и тишина…
Спит, покачиваясь, мама,
Ночником освещена.

Спят мальчишки — сыновья,
На двоих одна скамья.

Братьям места маловато,
Разлеглись богатыри.
Старший брат толкает брата:
— Алик, ноги убери.

Младший брат решил вставать:
Ноги некуда девать!
Он вздохнул, глаза протер,
Вышел сонный в коридор.

Ух, лунища в коридоре!
За окном сиянье льдин.
В этом лунном коридоре
Он, как в космосе, один.

Озаряет свет луны
Двери, двери у стены,
Да скамеечки стенные,
Не простые, откидные.

В коридоре, под луной,
Кто гуляет в час ночной?
Кто стучит, людей пугая?
Хлоп — скамейка!
Хлоп — другая!

Вздумал парень лет шести
Все скамейки обойти.

Соскочи с нее—
Сумей-ка,
Чтоб не хлопнула
Скамейка!

То встает он, то садится,
Раздается грохот, гром,
Прибежала проводница:
— Люди спят, а что творится!
Уходи, прошу добром…

Не прошло и полминуты,
Вот уже он у дверей,

Он раздетый и разутый
Прыг в постель свою скорей!

Но в постели, вместо брата,
Вместо Сени-толстяка,
Длинный дядька бородатый,
Пассажир лет сорока.

Он спросонья как подскочит!
— Это кто меня щекочет?

Ты с луны
Свалился, что ли?
Вот швырну тебя в окно,
Погуляешь
В чистом поле,
Ничего, что там темно…

Алексей кричит: — Спасите! —
Будто рядом страшный зверь.
А чего вопит, спросите?
Сам влетел в чужую дверь.

Пассажир глядит вдогонку:
Где-то видел я мальчонку…

2

Светит солнце…
Морозный полдень…
Мчится поезд,
Народу полный.

Светит солнце,
И мчится поезд.
Пляшут елки
В снегу по пояс,
В белой шали
Из снежных кружев,
На косогорах
Березки кружат.

Светит солнце,
И мчится поезд…

Младший брат,
У окна пристроясь,
Сто километров,
А может быть, двести,
С места не сходит,
Сидит на месте.

Он не скучает,
Он занят делом,
Смотрит — а что там
На свете белом?

Белый лес
Пробежал — исчез.
— Здравствуй, лес!
До свиданья, лес!

Здравствуй, пруд
Под блестящим льдом!
Здравствуй, дом!
До свиданья, дом!
Мы уезжаем,
Нам ехать надо…

Ух, среди поля
Завод-громада!
Красные трубы
На новом зданье.

Здрасте, трубы,
И до свиданья…

Галки, галки,
Играют в салки!

Он отдохнул,
Помолчал немножко.
Вновь начинает:
— Здорово, кошка! —
Кошка, кошка бежит,
Хромоножка.
Нету кошки,
Исчезла кошка…

Поезд проносится
Мимо станций,

Мчатся деревья,
Толпятся в танце,

А на платформах,
А на платформах
Столько косынок
Цветных и черных!

Кричит Алеша:
— Здорово, тети!
Плывут платформы,
И вы плывете…

3

Славный мальчик — старший брат,
Да немного толстоват.
Он, проснувшись спозаранок,
Булку съел и пять баранок,
Два творожные сырка
И сказал: — Я сыт пока.

Краснощекий, круглолицый,
Он подходит к проводнице,
Говорит он ей хитро:
— Показать вам серебро?

Купит мама пачку чая,
Я обертку получаю.

А у вас коробок нет?
От конфет? От сигарет?
Мне теперь нужны коробки
Для космических ракет.,

Постоял он возле брата,
Алик вдаль глядит куда-то,
От окна уйти не хочет!
(Здравствуй, поле! Здравствуй, лес!)
А Семен над ним хохочет:
Расскажи, что было ночью?
Ты к кому в постель залез?

Вдруг взволновались пареньки,
На них глядит из-под руки,

На них глядит издалека
Тот бородач лет сорока.

Пусть он на младшего
Сердит,
Но и за старшим
Он следит!

Мчится, торопится
Поезд скорый,
Мчится, стремится
В Уральские горы.

Больше не видно
Ни поля, ни леса,
Снежная с неба
Спустилась завеса,
Сыплется снег…

А за окнами, рядом,
Алик командует
Снежным парадом.
Руку поднимет —
Кружатся снежинки,
Руку опустит —
Ложатся снежинки.

Но командир
Что-то слишком взволнован,
Длинного дядьку
Увидел он снова,

Снова увидел он
Дядьку ночного…
Что он явился во время парада?
Что он глядит?
Ну чего ему надо?

4

У старшего брата
Добра-то, добра-то!
Разные пробки, коробки
На столике,

Столько, столько,
Еще полстолько.

Разные пробки,
Коробки от мыла…
Все проводница
Ему раздобыла.

Старший доволен,
Богатством гордится,
Младшему тоже
Коробка годится.

Тянет к себе он
Коробку от мыла,
Вы не поверите,
Дальше что было!

Вмиг остается
Коробка без крышки,
С криком дубасят
Друг друга мальчишки.

— Какой позор…— вздыхает мать.—
Не скрыть позора:
Пришлось детей мне разнимать,
Боюсь, водой их разливать
Придется скоро…

Вдруг бородач лет сорока
Заговорил некстати:
— Я знаю вашего сынка,
Он спал в моей кровати.

— Не нужно мне таких ребят,—
Вздыхает мама.—
Уйду куда глаза глядят
По шпалам прямо.

Тут старший брат
И младший брат
Как завопят!
Как завопят!

Услышав плач
И чей-то крик,

Приходит
Главный проводник.

И все глядят
На двух мальцов:
— Ну кто они,
В конце концов?!

И вдруг сказал тот человек,
Тот бородач, тот самый:
— Я знаю: это Чук и Гек
Куда-то едут с мамой.

Они косятся на меня,
А я гляжу на них полдня.

Тут старший брат
Пожал плечом:
Мол, Непонятно,
Вы о чем?

И младший тоже удивлен,
Сказал он, глянув косо:
— И вовсе нет таких имен:
«Чук-чук» — стучат колеса.

Смеется длинный человек:
— Ты, жадный,— Чук,
А это — Гек.

Кричат мальчишки:—Что вы?
На свете нет таких имен,
Я — Алексей, а он — Семен,
И оба мы Дроздовы.

У нас и дедушка Дроздов,
Водитель скорых поездов.
А мы Дроздовы внуки,
При чем тут «Геки-Чуки»?

Смеется длинный человек:
— И все равно вы — Чук и Гек
И для меня вы все равно
Знакомые мальчишки.
Я знаю вас давным-давно,
Вы — мальчики из книжки.

Там все написано, точь-в-точь,
И как вопил ты в эту ночь,
Хоть паренек не робкий,
И как подраться вы не прочь
Из-за пустой коробки…

Двух пареньков
Бросает в жар.
— Кто написал про нас?
— Гайдар.
Он ваш отчаянный народ
Знал как свои пять пальцев.
(А поезд мчит вперед, вперед,
Гудит: «Не по-па-дай-ся!»)

Ребят сомнение берет:
Гайдар волшебник, что ли?
(А поезд мчит вперед, вперед,
Метель бушует в поле.
Запорошил все окна снег,
В стекло стучит упрямо.)

— А мой Алеша правда Гек,—
Вдруг согласилась мама.—

Но он еще и спорщик,
Не только фантазер,
Сердито лоб наморщит
И начинает спор.

А старший даже в яслях
Был до того запаслив,
Был жадным ползунком,
Таскал игрушки в яслях
И прятал их тайком.

— А где живёт теперь Гайдар?
Он молодой?
Не очень стар? —
Расспрашивают дети.

Вздыхает длинный человек.
Он, помолчав, ответил:
— Нет, дорогие Чук и Гек,
Гайдара нет на свете.

Про ваш мальчишечий народ
Уже он не напишет,
И во дворе не соберет
Вокруг себя мальчишек.
Погиб писатель на войне…—

А снег летит, летит в окне,
А снег летит,
Все снег да снег,
Протяжный свист метели.
«Чук-Чук и Гек,
Чук-Чук и Гек…» —
Колеса вдруг запели.